bertuchi

ЗА ЧТО И ПОЧЕМУ ЗАПАДНЫЕ СМИ КРИТИКУЮТ РУССКУЮ ПРАВОСЛАВНУЮ ЦЕРКОВЬ (РПЦ)?
17.01.2011 11:55

Более года одной из популярнейших тем новостных лент западных СМИ является обсуждение темы усиления роли и влияния Русской Православной Церкви (РПЦ). Всевозможные аналитики, эксперты, религиоведы, «специалисты по России» активно рассуждают о причинах и прогнозах подобных процессов, которые, на их взгляд, многое могут изменить в современной России.

Причины актуальности темы, по мнению аналитиков академии форекс и биржевой торговли Masterforex-V, связаны со следующим:

- в первую очередь, с укреплением властной вертикали в самой России, а также с ростом ее международного влияния;

- во вторую, но не последнюю, очередь – с избранием нового патриарха РПЦ Кирилла.

Каковы же главные опасения западных аналитиков, связанные с растущей ролью Православной Церкви?

Они, конечно, надежно скрыты за изысканным словесным занавесом, сотканным из всевозможных тревог и переживаний за судьбы демократии России и бывших стран СССР. Итак, чем же так встревожены международные эксперты? Выясняется, что тем, какие функции и как выполняет Русская Православная Церковь на своей канонической территории :

РПЦ всесторонне поддерживает официальную государственную светскую власть России. При этом западные аналитики "забывают" указать, что эта традиция существует еще с византийских времен (восточная модель христианства признает подчинение духовной власти светскому правителю, в отличие от католицизма, исповедующего иные принципы взаимоотношения со светской властью). Это можно критиковать, не понимать, но иной данности просто не существует. Православная церковь в современной России, Украине, Беларуси, Сербии, Румынии, Молдове, Греции, Болгарии, Армении или Грузии не ставит себя над государственным правителем, как бы кому этого не хотелось.
Православные священники - это не только лояльные граждане РФ, но и люди с активной жизненной позицией. Причем она заключается не в том, чтобы призывать верующих к каким-то акциям неповиновения. Наоборот, православный батюшка до последнего будет взывать к терпению и делать все, чтобы сдержать народный гнев, обращенный против единоверной власти. В итоге, снова... поддержка официальной государственной власти России.
В случае внешней угрозы России (особенно если она исходит от иноверцев) нет лучших идеологов и агитаторов, чем православные священники. Это, кстати, многократно доказано историей и является, практически, аксиомой. Даже чуждую по духу коммунистическую власть РПЦ полностью поддержала в тяжелые годы гитлеровского нашествия. Разумеется, данный тезис так же вызывает "непонимание" со стороны западных СМИ.
Священники РПЦ по мере сил следят за моральным климатом в обществе, сохраняя для людей духовные ценности, основы их национальной культуры и идентичности. Иными словами, традиционная Церковь во всех странах является главным барьером на пути стремительной глобализации. Именно она пока что не допускает превращение человечества в единообразное сообщество, состоящее только из потребителей попкорна.
РПЦ противостоит проникновению на ее каноническую территорию всевозможных заграничных сект и культов, очень многие из которых, к сожалению, носят откровенно деструктивный характер. Вот, как раз, подобные организации в большинстве своем ориентированы на дестабилизацию ситуации в стране (естественно, с целью увеличения своих сторонников). При этом им все равно, где «работать»: в Гвинее или в России. Но, в отличие от многих стран мира, позиции РПЦ незыблемы в современной России, что также вызывает настороженность западных аналитиков.
По большому счету, Русская Православная Церковь – на сегодняшний день почти единственная международная организация, которая заинтересована, чтобы русские не вымирали.
РПЦ Московского патриархата является объединяющим звеном между русскими, украинцами и белорусами и в дальнейшем может послужить очень важным фактором в интеграции славянских народов. Это еще один фактор, "вызывающий тревогу" у западных экспертов.
И главное, РПЦ на сегодняшний день очень хорошо организована, что делает ее опасным противником для всех недоброжелателей России и православного мира в целом.

И вновь... недовольство западных аналитиков.

В чем же обвиняют Московский патриархат радетели за межконфессиональную толерантность?

Претензий к современной РПЦ у западных обозревателей, отечественных правозащитников и общественных деятелей, исповедующих иные религии, накопилось очень много. Так, на страницах французской "Slate.fr" появился очередная статья на заданную тему – некой Натальи Уваровой под названием «Решится ли РПЦ порвать с властью?» (опубликована в РФ ИноСМИ и рядом других популярных российских изданий), ставшая венцом современной «антиправославной» публицистики, поскольку содержит в себе, кроме распространенных, и довольно экзотические замечания.

Суммируя основные претензии Натальи Уваровой и "Slate.fr" к РПЦ, становится очевидным, что они свалены в кучу и часто просто противоречат друг другу. Например:
Когда в 90-х годах народ массово крестился, это было хорошо и даже прогрессивно, поскольку позволяло покончить с коммунистическим прошлым. Но сейчас, по мнению Н.Уваровой, время изменилось, коммунистическая угроза для России осталась в прошлом, а количество православных значительно увеличивается из года в год по прежнему тренду (в 1996 году православными верующими себя считали только 44 %, а в 2007 – 66% российских граждан), и это уже для «сердобольного» Запада - плохо. Сложно понять логику.
Либеральные 90-е годы постоянно приводятся в пример в качестве образца межрелигиозной толерантности в России. И, одновременно с этим, РПЦ критикуют за предоставленное ей якобы монопольное право на торговлю в стране спиртными и табачными изделиями. С одной стороны, это полная некомпетентность критиков или сознательное передергивание фактов. Ни словом нигде не говориться о том, что Московский патриархат получил только право на беспошлинный экспорт (!) подобной продукции и, естественно, ни о какой монополии, тем более на продажу, речь не шла. С другой стороны, перед нами очередной парадокс журналистского мышления: такие привилегии Православной церкви дал именно уважаемый на Западе реформатор Б.Ельцин, пытаясь экономически поддержать РПЦ в трудные 90-егг., а отменены эти лицензии были именно при В. Путине.
Утверждается, что РПЦ, очень тесно сотрудничая с властью, может потерять доверие народа. Приводятся примеры из относительно недавнего прошлого (до 1917 года), когда священники настолько утратили популярность среди прихожан, что в огне революции потеряли не только Церковь, но и страну. С одной стороны, это верно. Но с другой стороны – нынешней РПЦ до того уровня взаимоотношений еще очень далеко. Все-таки, не надо путать Российскую империю династии Романовых с многонациональной Российской Федерацией начала ХХI века. Кроме того, сейчас есть Патриарх, как самостоятельная и самодостаточная сила, и Церковь согласно Конституции отделена от государства.
Вызывает недовольство критиков РПЦ все возрастающая роль православного духовенства в российской армии, якобы это недемократично в многонациональном государстве. Про то, что в армии могут работать представители и других традиционных на территории России церквей, как правило, предпочитают не замечать. К тому же, кто как не «свободный» Запад всегда гордился своими военными капелланами, противопоставляя их советским «бездушным» партработникам. А тут позволили православным священникам идти помогать солдатам, и это снова оказалось плохо и "тревожно" для Запада.
Государство вернуло РПЦ отобранную коммунистами собственность. Это, по мнению обозревателей, вообще... ужасно. Но как же тогда прикажете быть с основополагающим принципом любого демократического сообщества – незыблемым правом собственности. Когда, например, в Прибалтике возвращали дома тем, кто владел ими до 1940 года, не было слышно гневных окриков в западной прессе. А тогда ведь речь шла о живых людях, которых выгоняли из квартир, а не о музеях, как сейчас в современной России.
РПЦ, якобы за государственный счет, строит множество новых храмов, которые в последствии пустуют. Например, в Москве в добавок к 900 уже существующим храмам хотят построить еще 200. Это ли не расточительство. Хочется посоветовать: посчитайте лучше мечети в Тегеране, а потом указывайте местному духовенству, как ему лучше опекать своих прихожан. Интересно, окажется ли плодотворной подобная критика.
И, наконец, в России большинство людей не являются искренне верующими, а лишь формально называют себя православными. В этом, вроде бы, тоже вина исключительно Московского патриархата и его формального подхода к своей пастве. Возможно, так оно и есть, но в Европе дела обстоят намного более печально. В Чехии, например, число прихожан католических храмов всего за десять лет упало почти в два раза: с 41% до 27%. В католической Ирландии посещаемость богослужений, начиная с 1992 года, снизилась более чем на треть. За это же время католическая церковь в Великобритании потеряла почти полмиллиона прихожан. Во Франции (также преимущественно католической стране) за последние 30 лет из-за отсутствия верующих закрылся каждый второй приход. В протестантских Нидерландах ежегодно закрывается около тысячи храмов. Еще хуже обстоят дела с религиозной самоидентификацией европейцев. По самым скромным оценкам, сейчас в Европе примерно 20 миллионов людей занимаются оккультизмом, в одной только Германии около 85 тыс. открыто действующих сатанистов. По данным последней переписи населения, 10 тыс. шотландцев вместо того, чтобы указать свое вероисповедание, назвали себя жрицами и ведьмами. Данный список можно продолжать до бесконечности.
В целом, претензий к Русской Православной Церкви у западных журналистов накопилась масса. Но вот еще парадокс: они теперь ждут от РПЦ «восстания» против Путина и светской власти в России. Неведомо чем руководствуясь, та же Наталья Уварова призывает священников дружно уйти в лагерь оппозиции, якобы, с целью приближения к народу и искупления некой недоказанной вины РПЦ. Этот тезис не нуждается в комментариях, но именно он, как нельзя лучше, иллюстрирует и уровень компетентности журналистки и ее истинное отношение, как к Церкви своих предков, так и к своей исторической Родине.

New stuff!

Политические режимы на примере коров



Феодализм
У Вас есть две коровы. Ваш хозяин забирает часть молока.

Социализм
У вас есть две коровы. Одну вы отдаете соседу.

Тоталитаризм
У Вас есть две коровы. Правительство забирает обеих, а Вас
призывает в армию.

Диктатура
У Вас есть две коровы. Правительство забирает обеих, а Вас
расстреливает. На молоко налагается запрет.

Коммунизм
У вас есть две коровы. Государство забирает обеих и дает вам
немного молока.

Фашизм
У вас есть две коровы. Государство забирает обеих и продает вам
немного молока.

Бюрократизм
У вас есть две коровы. Государство забирает обеих, одну
убивает, доит вторую и выбрасывает молоко.

Классический капитализм
У вас есть две коровы. Вы продаете одну и покупаете быка.
Ваше стадо увеличивается и экономика растет. Вы продаете
все и живете остаток жизни на полученную прибыль.

Американский капитализм
У вас есть две коровы. Вы продаете одну и заставляете вторую
давать молока за четырех коров. Позже вы нанимаете
консультанта, чтобы проанализировать, почему корова сдохла.

Французский капитализм
У вас есть две коровы. Вы организовывает пикет и устраиваете
беспорядки на улицах потому, что хотите три коровы.

Японский капитализм
У вас есть две коровы. Вы делаете редизайн так, чтобы они
стали меньше в 10 раз и давали молока в 20 раз больше. Затем
вы создаете мультипликационное лого с надписью “Коровкемон”
и продаете их по всему миру.

Немецкий капитализм
У вас есть две коровы. Вы переконструируете их так, что они
живут 100 лет, питаются один раз в месяц и доят себя сами.

Итальянский капитализм
У вас есть две коровы, но вы не знаете, куда они подевались.
Вы решаете перекусить.

Капитализм по Соресу У вас есть две коровы. Вы продаете три
коровы дочерней компании в Корее, используя кредит из
брюссельского банка, полученный на имя тещи. Затем вы
перекупаете уже четырех коров с помощью американского
посредника, который оформляет на ваше имя дарственную,
чтобы вы не платили налога с пяти коров. Евросубсидии,
которые вы получаете за молоко шести коров, вы инвестируете
в корейскую дочернюю компанию; в годовом отчете пишете, что
у вас восемь коров, а когда в ходе аудиторской проверки
выясняется, что в коровах вы ничего не смыслите, разводите
руками и божитесь, что не можете понять, почему в вашем
стойле пусто!

Русский капитализм
У вас есть две коровы. Вы их пересчитываете, и понимаете, что
у вас три коровы. Пересчитываете еще, и видите четырех
коров. Пересчитываете еще раз – их снова две. Пора открывать
вторую бутылку.

Швейцарский капитализм
У вас есть 5000 коров. Ни одна из них вам не принадлежит.
Вы получаете деньги от собственников потому, что вы за ними
приглядываете.

Китайский капитализм
У вас есть две коровы и 300 человек, которые их доят. Вы
утверждаете, что у вас нет безработицы и высокий уровень
производства. Вы арестовываете журналиста, который говорит иначе.

Индийский капитализм
У вас есть две коровы. Вы им поклоняетесь.

Британский капитализм
У вас есть две коровы. Обе они сумасшедшие!

Иракский капитализм
Все думают, что у вас много коров. Вы говорите им, что у вас
нет коров, но вам не верят и бомбами превращают вашу страну в
развалены. У вас по-прежнему нет коров, зато теперь есть демократия.

Капитализм по-пакистански
У вас отродясь не было коров, но вы искренне считаете индийских
коров – своими.

Новозеландский капитализм
У вас есть две коровы. Та, что слева, довольно сексуальная.

Австралийский капитализм
У вас есть две коровы. Дела идут неплохо. Вы закрываете офис
и отправляетесь отпраздновать это дело несколькими бокалами пива.

Социализм по-Бобруйски
Из жывотных у вас 1000 коров но ани никуя не доюцца, патаму шта
эта бабры!

Сюрреализм
У вас есть два жирафа. Государство их забирает и требует,
чтоб вы брали уроки игры на баяне

1
Жили-были пацан да телыч.
Жили ровно, как вши:
Он сшибал в подворотне мелочь,
Она варила борщи.

Он мечтал, что однажды встретит миллионера,
Отожмет лопатник, и купит тонированную девятку.
А она потихоньку копила. Для милиционера.
На взятку.

2
Потому что в конце всегда приходит ОМОН.
Дверь с петель, прикладом по ребрам и харей в пол.
Каждую ночь она видит про это сон.
Каждую ночь – то в холод, то в крик, то в пот.

Потому что она не хочет опять одна,
Часовым на кухне с вечера до утра.
Так, чтобы только серый квадрат окна,
За которым такой же серый квадрат двора, -

В след за уважаемым ailoyros решил поделиться мыслями, ассоциирующимися у меня с двумя фильмами: "Жара" и "Раскол". Итак, сперва "Жара":

Появившийся на канале «Культура» и в сети Интернет фильм «Жара» продолжил рассмотрение ставшей в последнее время актуальной темы «Интеллигенция и Церковь». Тема интеллигенции 70-80-х годов будоражит мысли о том, что была «иная Церковь»(митр. Антоний Сурожский, прот. Александр Мень и им подобные) и "иная интеллигенция" (Б.Пастернак, С.Аверинцев, Н. Трауберг и др.), которые благодаря особому таланту «участников процесса» смогли установить между собой особые высокие отношения, ставшие источником особых благодатных экзистенций, создавших неповторимый климат того университетско-кухонного фрондерства, который и представляется создателям фильма главным поводом для ностальгии. Не подвергая сомнению значение выдающихся личных качеств участников тех событию, считаю тем не менее отметить один весьма существенный момент. 70-80-е годы прошлого столетия были годами «застоя». То есть таким временем, когда страна погрузилась в интеллектуальный и духовный сумрак, с одной стороны, и одновременно ослабли репрессии на всякое инакомыслие с другой. Ослабли, но не до конца. И в таких условиях интеллигенты той эпохи научились жить своей внутренней потайной жизнью – читать между строк, смеяться над КПСС и правящей идеологией себе под нос… иными словами, «держать в кармане фигу». Вырабатывается особый язык тайных знаков подтекста в искусстве. А тугодумы в худ.советах пытаются отсеивать и запрещать произведения литературы, кинематографа и других видов искусства, несущие эти тайные знаки. Все перечисленное является проявлением процесса, который можно назвать Внутренней Эмиграцией Интеллигенции  70-80-х годов. Внутренняя эмиграция могла принимать и особые устойчивые формы. Самой простой было чтение книг – это были самые разные книги, но все они становились предметами обсуждения, книгообмена и обмена идеями. Американская классика(можно назвать не менее десятка авторов первой половины ХХ века)  и лучшие авторы из Латинской Америки, немцы, французы, англичане; отечественные писатели деревенщики и городская проза, просто хорошие книги все это читалось, препарировалось на предмет внутреннего кода(тайных знаков). К сожалению самиздат и тамиздат для большинства интеллигентов был в те годы просто недоступен. Походы с откровенными смелыми песнями у костра, в кругу проверенных, надежных друзей породили движение КСП(Клубов самодеятельной песни). Слеты КСП проводились в те годы с соблюдением сложных конспиративных мероприятий(в лесу, вдали от крупных центров, и обязательно с петляющей, как следы зайца, дорогой к главной поляне слета. Духовная эмиграция предполагала наличие и особых религиозных путей, отличных от псевдо-религии Научного Коммунизма с ее пророками Марксом, Энгельсом и Лениным. Многие интеллигенты увлеченно занимались йогой. Появление документального фильма «Индийские йоги, кто они?» перевело йогу из полузапрещенных в разрешенные увлечения. В связи с улучшением отношений СССР с Индией в 50-е годы вышло несколько фундаментальных работ по индийской религиозной философии, из них крупнейшая – двухтомный труд неоведантиста С.Радхакришнана «Индийская философия», который и в более поздние годы находился в открытых фондах библиотек. И конечно некоторой части интеллигенции удалось решить задачу внутренней эмиграции уйдя в Церковь. Неслучайно в фильме «Жара» мы встречаем одного из персонажей, который чуть не совмещает церковность и йогу. Для некоторых духовных эмигрантов тех лет и Православие, и Католичество, и Йога лишь разные формы бегства от удушливой реальности тех лет. Это бегство может принимать и иные формы – наука, коллекционирование, но все это обязательно содержащее особые интеллектуальные и духовные глубины, где может развернуться талант интеллигента и главное, чтобы это было ИНОЕ! Отличное от унылого серого цвета социалистического бытия. И более, исподволь проскальзывает мысль, что все это, «духовное» в принципе, почти равноценно. Равноценно, как нары на которых гниют в ГУЛАГе гонимые люди(православные, католики, буддисты), ибо в центре интеллигентского сознания находится человек, в частности он сам. Интеллигенты с вечными вопросами и своей сердечной тугой.

Сидя на красивом холме,
Я часто вижу сны, и вот, что кажется мне:
Что дело не в деньгах, и не в количестве женщин,
И не в старом фольклоре, и не в Новой Волне -
Но мы идем вслепую в странных местах,
И все, что есть у нас - это радость и страх,
Страх, что мы хуже, чем можем,
И радость того, что все в надежных руках;
И в каждом сне
Я никак не могу отказаться,
И куда-то бегу, но когда я проснусь,
Я надеюсь, ты будешь со мной...
                                                (с) Борис Гребенщиков
Это типичный текст интеллигента из внутренней эмиграции, живущего в "странных местах" социалистической коммунальной системы.

И вот в результате внутренней эмиграции интеллигент попадает в Церковь. Каков его дальнейший внутренний путь? Встречает ли он в Церкви Бога, или рассматривает Церковь как культурное пространство, относиться к которому нужно с теми же мерками что и к внешнему выхолощенному миру марксизма-ленинизма? Я подразумеваю, что он обладает типичным для нашего современника багажом критицизма и скепсиса. Однако Церковь гонима, и само ее мученичество, сама гонимость со стороны ненавистного режима располагает к Ней сострадательное интеллигентское сердце. Поход интеллигенции в Церковь призвал к активному служению таких священников, которые обратили к новообращенным интеллектуалам драгоценные евангельские слова «Познайте Истину и Она сделает вас свободными». Уже этого одного для многих было достаточно, чтобы почувствовать, что ты выбрал хорошее направление для своей внутренней эмиграции. Однако Церковь не исчерпывается внутренней свободой и стойкостью против гонения. Церковь идет дальше: Она подводит человека к Богу, и теперь человек должен опознать Его. И если он опознает Бога, узнает как Творца, как истинное Бытие, как Начало всего доброго в мире и в себе, узнает Его как Центр Мироздания, как Онтологию, то человек после этого уже не может быть тем, кем он был раньше. Он становится Новым человеком, живущем во Христе. И это происходит не в нем, а с ним, - на самом деле, по существу, а не по интеллектуальном схемам, найденным в книгах и выступлениях митрополита Антония Сурожского или протоиерея Сергия Булгакова. После такой перемены, окружающие, как правило, замечают в этом человеке некое мнимое фарисейство – внимание к постам, усердная молитвенная жизнь, отказ от йоги, театра и прочего «невинного интеллигентского баловства», сосредоточенность на духовной христианской жизни. Но если он не опознает Бога, если Бог останется в нем как некая идея, как часть его внутреннего мира, то этого изменения в интеллигенте может  не произойти. И отсюда вопрос, как и всегда ли перерастает Церковь, бывшая некогда убежищем от «жизни по лжи», в иное качество, в Новую Жизнь? Ведь Бог и Церковь должны вырасти в интеллигенте-неофите до уровня, который выше его личности, а иначе Церковь остается для него на том утилитарном уровне, когда «Церковь для меня», а не «я - для Церкви». И в этой ситуации человек начинает судить, что в Церкви правильно или не правильно, а некоторые еще и пытаются Церковь спасать. И нет в этом ничего удивительного, веде Церковь находится в системе его внутренних координат, в которых субъект - мера всех вещей и "сам себе бог".

Всякий, а особенно интеллигентный христианин, должен разрешить в себе дихотомию: «Я в Божьем мире» или «Бог в мире моем». Это вопрос едва ли не самый важный с точки зрения интеллигентного, и в частности научного разума. Невозможность принять первый вариант(«Я в мире Божием») порождает  «крик души»: Почему Церковь не стала для меня тем-то и тем-то?… Пока интеллигент не осознает себя в Церкви, в пространстве Божественного Промысла, в иерархии любви и благодати, пока не откажется от «церкви» в качестве детали своего духовного интерьера, в котором он удобно разместился со своими собратьями-интеллигентами за чашкой кофе в теплом кресле, или среди древних фолиантов музейного книгохранения,или еще где-то, до тех пор не будет у него конца претензиям и неудовлетворенность, не какими-то «поповскими мерседесами», а самая глубокая неудовлетворенная духовная жажда будет оставаться в человеке. Только покинув мир своего индивидуализма и шагнув в мир Божий можно утолить эту жажду Вечного Добра, Чистой Божественной Любви и Высшего Смысла. Равно как и любая попытка построить адекватное религиоведение в рамках парадигмы «бог в человеческом мире» обречена на провал. А такие попытки не прекращаются и сегодня, например в социологии и философии религии. Человек, и человечество в целом - часть Божиего мира, а не иначе. А иначе что такое Религия светским наукам будет не понять.

В Форбсе на прошлой неделе напечатали занятное слайдшоу — 13 юных предпринимателей, заработавших миллион долларов к 22 годам. К сожалению, на зарубежном материале — американском, британском, канадском (из русских примеров они в прошлом году писали про Андрея Андреева).

Самое интересное в такой подборке — комментарии читателей. Они, к сожалению, очень типичны. Я в точности такие же реакции получаю на каждом семинаре про офисное рабство в СитиКлассе, когда пытаюсь донести до людей простую мысль, что экономическая свобода, как и любая другая, заложена у человека внутри, и зависит от него самого в первую очередь.
( Разруха в головах )